1.1. Наставление в йоге

Комментарий Ади Шанкары

В ком нет ни деяний, ни плодов, [но] из кого они возникли, кто не подвержен какой-либо зависимости [от Пракрити],
Кто не может быть ухвачен оком времени, уносящим [все], тому Владыке миров, противнику Каитабхи – [Вишну] я совершаю поклон.
yasminna staḥ karmavipākau yata āstāṃ kleśā yasmai nālamalaṅ dhyā nikhilānām |
nāvacchinnaḥ kāladṛśā yaḥ kalayantyā lokeśastaṃ kaiṭabhaśatru praṇamāmi ||

Кто ведает всем [и обладает] силой всех сверхспособностей, лишен изъяна и сохраняет плоды деяний,
Владыке, [являющемуся] причиной возникновения, смерти и поддержания всего, следует совершить поклон, этому учителю учителей.
yaḥ sarvavit sarvavibhūtiśaktiḥ vihīnadoṣopahitakriyāphalaḥ |
viśvodbhavāntasthitiheturīśo namo'stu tasmai gurave gurorapi ||

Начинается развернутый [комментарий] к науке йоги Патанджали и комментарию к сутрам, начинающимся с “Сейчас”.
athetyādipātañjalayogaśāstra [sūtrabhāṣya] vivaraṇam ārabhyate ।

Человеческой деятельностью и бездействием не [могут быть] обретены неназванные цель и связь [средств с целью]. Поэтому сначала проясняются, [согласно] замыслу автора сутр, цель и связь [средств с целью], которые станут причиной деятельности человека.
tatrānākhyātasambandhaprayojanaṃ na puruṣapravṛttinivṛttibhyāṃ paryāpnotīti, sūtrakārābhiprete puruṣapravṛttinimittabhūte sambandhaprayojane pūraṃ prakaṭīkriyete ॥

Здесь такая цель объясняется посредством примера четырех разделов в науке о лечении.
tatra prayojanaṃ tāvat cikitsāśāstre taccaturvyūhatvapradarśanadvāreṇa vyākhyātam‌ ।

Наука о лечении [содержит] четыре раздела, а именно: болезнь, причина болезни, здоровье, лекарство.
tad yathā cikitsāśāstram caturvyūhaṃ, rogaḥ, rogahetuḥ, ārogyaṃ, bhaiṣajyam‌ iti ।

И она имеет своей целью объяснение предметов четырех разделов посредством дисциплины, [включающей] предписания и запреты.
vidhipratiṣedhaniyamadvareṇa [ca tat‌] caturvyūhaviṣayavyākhyānaparam‌ ।

Таким же образом и [в “Йога-сутрах”]: “Для обладающего различением все есть несчастье из-за противоречия в активностях гун вместе со страданиями, причиняемыми изменчивостью, враждебностью и склонностями” – начиная с этого, демонстрируется четырехчастность науки.
evam ihāpi pariṇāmatāpasaṃskāraduḥkhair guṇavṛttivirodhācca duḥkham eva sarva
vivekinaḥ [YS 2.15], ityārabhya caturvyūhatvaṃ śāstrasya pradarśitam‌ ।

Таким образом, может быть устранена сансара, полная страданий.
tad yathā duḥkhapracuraḥ saṃsāro heyaḥ ।

Ее причина – соединение видящего и видимого, которое вызвано неведением.
tasyāvidyānimitto draṣṭṛdṛśyasaṃyogo hetuḥ ।

Способ избавления [от нее] – непрерывное видение различия.
vivekakhyātir aviplavā hānopāyaḥ ।

Неведение устраняется истиной, [обретенной] при видении различия; избавление [от сансары] – беспрепятственное прекращение соединения видящего и видимого при устранении [неведения]; это и есть отъединение.
vivekakhyātau ca satyām avidyānivṛttiḥ, tannivṛttāv ātyantiko draṣṭṛdṛśyasaṃyogoparamo hānam‌, tad eva kaivalyam iti ।

Цель же этих [сутр] – отъединение, поскольку отъединение [здесь] связывается с состоянием здоровья.
ārogyasthānīyakaivalyaprayuktatvād asya tad eva kaivalyaṃ prayojanam‌ ॥

[Оппонент:] Не стоит оглашения то, от чего следует избавиться, и его причина, поскольку это бесполезно.
nanu ca heyataddhetū na prastotavye, niṣprayojanatvāt‌ ।

Наука [йоги] нацелена на избавление [от сансары], поэтому следует говорить о видении различия, являющемся способом [достичь] этого.
hānaprayuktaṃ hi śāstraṃ, tadupāyabhūtā vivekakhyātir eva vaktavyā ।

Ведь тому, в чью стопу впился шип, не следует заниматься [размышлением] о страдании и его причине, бросив [попытки] избавиться от него.
na hi kaṇṭakaviddhacaraṇatalasya tadapanayanaṃ muktvā duḥkhataddhet‌ū codyete ।

[Шанкара:] Это не так, потому что способ избавления зависит от [страдания], от которого необходимо избавиться, и его причины.
naitad evaṃ heyatatkāraṇāpekṣatvād dhānopāyasya ।

Пока не прояснено это колесо сансары, устраняемое этим способом, и соединение видящего и видимого, вызванное неведением, как его причина, до тех пор невозможно прояснить видение различия, являющееся противоположностью неведения.
yāvad idam anenopāyena hātavyaṃ saṃsāracakram‌ asya cāvidyānimitto draṣṭṛdṛśyasaṃyogo hetuḥ iti nākhyāyate, tāvan nāvidyāpratipakṣabhūtā vivekakhyātir ākhyātuṃ śakyate ।

Поскольку претерпевающий [страдание], от которого необходимо избавиться, и его причину, прибегает к способу избавиться [от него], будучи подобным больному, прибегающему к помощи лекарств.
heyataddhetumato hanopāyārthino rogiṇo bhaiṣajyārthitvadarśanāt‌ ।

Ведь наука о лечении не преподается вне связи с болезнью и причиной болезни.
na hi rogaṃ rogahetuṃ cānapekṣya cikitsāśāstram upadiśyate ॥

Связь [средства с целью такова]: достигаемый плод – избавление [от страданий] благодаря видению различия; видение различия – средство избавления; цель и средство взаимоограничены, и нет иного [средства], связанного [с этой целью].
sambandho'pi vivekakhyater hānam eva phalaṃ sādhyaṃ hānasyāpi vivekakhyātir eva sādhanam iti sādhyasādhanayor itaretaraniyama eva, nānyasaṃbandhaḥ ।
Таким же образом здоровье – плод [применения] лекарств, а лекарства – средство [обретения] здоровья; они взаимоограничены, так [установлено] наукой.
tad yathā bhaiṣajyasyārogyam eva phalam‌ ārogyasyāpi bhaiṣajyam eva sādhanam iti
itaretaraniyamaḥ, sa ca śāstrād iti. ।

Поэтому наставление в йоге [также имеет] цель и связь [средства с целью].
tasmāt‌ saṃbandhaprayojanaṃ yogānuśāsanam‌ ।

[Оппонент:] Однако, если цель – избавление и видения различия – способ [достичь] его, то следует сказать “Сейчас наставление в видении различия”.
nanu ca yadi hānaṃ prayojanaṃ tadupāyaśca vivekakhyātir iti, tatra vaktavyam‌ ‘atha vivekakhyātyanuśāsanam‌’ iti ।

Зачем [сказано] в сутре “Сейчас наставление в йоге”?
kimartham‌ atha yogānuśāsanam‌ iti sūtritam‌ |

[Шанкара:] Потому что йога – способ [достичь] этого [избавления].
tadupāyatvād yogasya ।

О способе же следует сказать.
upāya eva vaktavyaḥ syāt‌ ।

Ведь когда указывается цель, цель и способ [должны] соответствовать друг другу; о способе же следует сказать как о том, что связывает все части [практики воедино].
upeyopapradarśane hi upeyam upāyaṃ prati sākāṅkṣam evetyupāyaḥ sāṅgakalāpaḥ punar api vaktavyaḥ syāt‌ ।

Поэтому, когда [способ] указан, указано все.
tasmiṃś cābhihite sarvam abhihitam iti ।

[Оппонент:] Каким образом [йога] является способом [достижения] этого [избавления]?
kathaṃ tadupāyatvam |

[Шанкара:] Потому что автор сутр сказал: “Когда устранена нечистота от применения частей йоги, сияние знания [доходит] до усмотрения различия.” [YS 2.28.].
yata āha sūtrakāraḥ yogāṅgānuṣṭhānād aśudhikṣaye jñānadīptir ā vivekakhyateḥ' iti ।

“При опытности в [совпадении] без переживаний [наступает] внутренний покой.” [YS 1.47.] и “Мудрость там (в покое) [называется] несущей истину.” [YS 1.48.].
nirvicāravaiśāradye 'dhyātmaprasādaḥ ṛtaṃbharā tatra prajñā iti ca।

И комментатор также говорит: “[То сосредоточение], которое [присутствует] в однонаправленном сознании, высвечивает объект как он истинно есть” [VB 1.1.].
tathā bhāṣyakāro'pyāha yas tv ekāgre cetasi sadbhūtam arthaṃ pradyotayati iti ।

И видение различия – [это также] постижение объекта как он [истинно] есть.
bhūtārthāvagatiś ca vivekakhyātiḥ ।

Поэтому в начале сутр правильно [сказано] о наставлении в йоге как способе [достижения] этого [избавления].
tasmād yuktaṃ tadupāyayogānuśāsanam evādau sūtritam iti ॥

[Оппонент:] Вследствие практики частей йоги возникает видение различия, поэтому [здесь] следует сказать: “Сейчас наставление в частях йоги”.
nanu ca yogāṅgānuṣṭhānād vivekakhyātiḥ, tatra vaktavyaṃ “atha yogāṅgānuśāsanam‌ iti

[Шанкара:] Нет, потому что [текст должен] начинаться с [установления] конечного результата.
na phalenopakramāt‌ ।

Поскольку йога [является] результатом практики частей йоги. Правильно начинать [текст] таким образом.
yogāṅgānuṣṭhānasya hi phalaṃ yoga iti tadupakramo yuktaḥ ॥

[Оппонент:] Если так, [то] следует начинать с избавления.
yadyevaṃ hānenopakramyeta ।

[Шанкара:] Нет, поскольку именно оно [является] целью. Оно – лишь цель.
na tasyopeyatvāt‌ upeyameva hi tat‌ ।

Йога, в свою очередь, является и целью своих собственных частей, и средством видения различия и обретения [сверхспособностей], таких как становление самым малым и других. [Из них первое] более значимо.
yogaḥ punaḥ svāṅgānamupeyaśca, upāyaśca vivekakhyāteraṇimādiprāpteścetyabhyarhitataraḥ ।

Поскольку [видение различия] является и результатом, и средством [достижения] того [избавления].
phalatadupāyarūpatvāt ॥

И поскольку это соответствует смыслу следующей сутры.
uttarasūtrārthatvācca ।

Ведь не сказано “Теперь наставление в частях йоги”, но правильно сказано “Сдерживание роста активности сознания – йога” [YS 1.2].
na hi “atha yogāṅgānuśanam‌” ityukte “yogaścittavṛttinirodhaḥ” iti yuktaṃ vaktum‌ ।

Поскольку иначе сутра, начинающаяся со “Сдержанность, дисциплина…” [YS 2.29] должна быть прочитана [второй].
tadā hi yamaniyamādisūtramevapathitadhye syāt‌ ॥

Если [говорится], что здесь должно быть прочитано именно это [YS 2.29], то это не так, ведь видение различия является результатом йоги и средством избавления. И “Сдерживание роста активности сознания – йога” [YS 1.2] [говорится], чтобы показать у неё связь между результатом и избавлением.
atha tadeva paṭhitavyamiti cen na yogopeyāyā hānopāyabhūtāyā
vivekakhyāteḥ phalasya ca hānasya saṃbandhapradarśanārthatvāt “yogaścittavṛttinirodhaḥ” ityasya ॥

[Оппонент:] Как же эта [YS 1.2] показывает связь [между ними] в той мере, в какой она характеризует сосредоточения без семени?
sa kathaṃ punaretatsaṃbandhapradarśanārtham‌ yāvatā nirbījasamādhilakṣaṇābhidhānametat‌ ।

[Шанкара:] Это правда, сутра характеризует сосредоточение без семени, чтобы показать связь между избавлением и средством его [обрести].
satyamevaṃ tathāpi hānatadupāyasaṃbandhamavadyotayedeva sūtraṃ nirbījasamādhilakṣaṇatām āpadyate ।

Поскольку избавление [от сансары] есть ни что иное, как сосредоточение, характеризуемое сдерживанием.
na hi nirodhalakṣaṇāt‌ samādherarthāntaraṃ hānam‌ ।

Однако сосредоточение, характеризуемое сдерживанием, отличается [тем, что после него может] снова [возникнуть] активность. При избавлении же она прекращается полностью.
kiṃ tvetāvatā viśeṣaḥ nirodhalakṣaṇasamādhau punaḥ pravṛttiḥ, hāne tvātyantikī nivṛttiriti ।

Но в состоянии сосредоточения нет отличия от избавления.
samādhyavasthāyāṃ tu hānāviśeṣa eva ।

И тем самым сказано: “Тогда постановка наблюдателя в исконную форму [происходит]” [YS. 1.3].
tathā cāha — “tadā draṣṭuḥ svarūpe'vaśthānam‌” [iti] ।

“Отъединение — сила сознания, установившаяся в собственной форме” [YS. 4.34]. Поэтому [Патанджали] назвал отъединение состоянием пребывания в исконной форме.
"svarūpapratiṣṭhā ca citiśaktiḥ kaivalyam‌'' iti svarūpapratiṣṭhatvaṃ hi kaivalyamāha ।

И поэтому отъединение поясняется с помощью сосредоточения без семени, чтобы укрепить понимание смысла науки [йоги].
tataśca nirbijasamādhinā kaivalyameva śāstrārthapratyayadraḍhimne sākṣātkriyate ॥

Поэтому, когда некоторые говорят, что сосредоточение с семенем является средством достижения отъединения, это неверно.
tasmādyaducyate kaiścit‌ sabījasamādhiḥ kaivalyasādhanamiti — tanna ।

Что же тогда? Видение [различия становится] средством [избавления] путём устранения неведения.
kiṃ tarhi? khyātireva sādhanamavidyānivṛttidvāreṇa ।

Ибо связь [со страданиями] вызвана неведением.
avidyānimitto hi bandhaḥ ।

Поэтому хотя в сутре изложено наставление в йоге, оно также показывает связь видения с избавлением [от страданий] с помощью йоги, поскольку она имеет своей целью видение [различия]. [Поэтому] правильно будет сказать, что сутры должны быть начаты с “[Сейчас] наставление в йоге” [YS. 1.1], чтобы [установить] связь с последующими сутрами.
tasmādyadyapi yogānuśāsanaṃ sūtritam‌, tayāpi khyātyarthatvādyogasya taddvāreṇa
khyātihānasaṃbandhamapi darśyatīti, suṣṭhūcyate uttarasūtrasaṃbandhārthaṃ ca yogānuśāsanamiti sūtrayitavyamiti ॥

Хотя существует наставление в средствах для тех, кто стремится к плодам [йоги], желая их умножения, [наставление], являющееся средством достижения её плодов, [это] не её назначение. Назначение ее [состоит] в том, чтобы указывать на плоды всех активностей.
yadyapi phalārthināṃ tatphalasādhanaṃ pratyutpannākāṅkṣāṇāṃ sādhanopadeśo'pyasti | tathāpi na tatprayojanam, sarvasya phaloddeśena pravṛttestadeva prayojanamiti ॥

[Комментарий к]: “Наставление в йоге”.
yog‌ānuśānamiti ।

Ученик получает наставление посредством [предписания] определенных активностей, воздержаний и ограничений. В том же [смысле] говорится “наставление в йоге”, так как они схожи в той мере, что [они имеют] определенные цели, средства, их части и ограничения, подобно наставлениям ученику.
yathā śiṣyo'nuśiṣyate viśiṣṭapravṛttinivṛttiniyamadvareṇa, tathā viśiṣṭasādhyasādhanatadaṅganiyama-mātrasādṛśyād-antevāsyanuśāsanavad yogānuśāsanamityucyate ।

Наставление – это учение. [Этот] текст – наставление в йоге, потому что обучение йоге осуществляется им или в нём.
anuśiṣṭiranuśasanaṃ, yogo'nuśiṣyate'nenāsminniti vā yogānuśāsanaṃ śāstram ॥

[Слово] “сейчас” указывает на предмет.
athetyayamadhikārārthaḥ ।

Предмет – это начало, оглашение [предмета]. Таково его принятое значение, так как это удостоверяется традицией учёных [людей].
adhikāra ārambhaḥ prastāvaḥ, artho'bhidheyo'sya; śiṣṭasmṛtiprāmāṇyāt ।

[Оппонент:] Но ведь учёные [также] понимают слово “сейчас” в значении “непосредственно следующее”.
nanu cānantaryārthasyāthaśabdasya smaranti śiṣṭāḥ ।

И сказано: “Из употребления видно, что обычное значение [этого слова] – непосредственно следующее” [Śābara-bhāṣya Mīmāṃsā-sūtra 1.1.1].
tathā cāha — “vṛttādanantarasya prakriyārtho dṛṣṭaḥ”, iti ।

[Шанкара:] Нет, поскольку оно всегда имеет смысл “начало” и смысл “непосредственно следующее” подразумевается.
na — sarvatrārambhārthatvāt । ānantaryasya ca gamyamānatvāt‌ ।

Подобно тому, как если сказано “сын”, то подразумевается “отец”, но значение слова “сын” не “отец”, здесь мыслится именно “начало”, а “непосредственно следующее” выводится.
yathā putra ityukte pitā gamyate, na ca putraśabdasyārthaḥ pitā, tathehāpyārambha evābhirdhīyate, ānantaryaṃ tu pratīyate ॥

Поэтому сказано, что из употребления видно, что обычное значение [этого слова] – “непосредственно следующее”.
ata eva ca vṛttādanantarasya prakriyārtho dṛṣṭaḥ ityucyate ।

Если бы не было значения “непосредственно следующее”, то не [Шабара] не сказал бы, что из употребления [видно]: обычное значение – “непосредственно следующее”.
yadi cānantaryārtho'bhaviṣyattadā vṛttādānantarye'rthaṃ prakriyāyāḥ ityavadiṣyat‌ ।

“Непосредственно следующее” называют то, что возникает незамедлительно.
anantarasyeti cānantarabhāvina evābhidhānam‌ ॥

То же известно [из грамматики Патанджали]: “Некоторые неизменяемые [слова] преимущественно имеют значение падежа, другие – преимущественно действия.
api caivaṃ hi smṛtiḥ kiñcadavyayaṃ vibhaktyarthapradhānaṃ kiñcitkriyāpradhānam‌ ।

Слова типа “высоко”, “низко” и другие преимущественно имеют значение падежа, а “прочь”, “отдельно” – преимущественно действия” [Mahābhāṣya 1.1.37].
uccairnīcairitayādi vibhaktyarthapradhānam‌, hiruk‌ pṛthagityādi kriyāpradhānam iti ।

И не существует значений неизменяемых [слов] помимо этих.
na caitadvyatirekeṇāvyayānāmartho vidyate ।

Когда у слова “сейчас” значение “непосредственно следующее”, неверно слышать здесь падеж, поскольку преимущественное [значение] – состояние.
tatrāthaśabdasyānantaryārthatve sati vibhaktiśravaṇamayuktam‌, sattvapradhānatvāt‌ ।

Когда же [оно имеет] значение “начало действия”, возможно слышать [в нём] падеж, поскольку преимущественное [значение] не будет состоянием.
ārambhakriyārthatve tu na vibhaktiśravaṇamayuktam‌, asattvapradhānatvāditi ॥



Поэтому слово “сейчас” оглашает [предмет], поэтому [Вьяса говорит] правильно, что “сейчас” указывает на предмет [сочинения].
tasmādathaśabdaḥ prastāvārtha eveti yuktamathetyadhikārārtha iti ।

Слово “iti” (тире) служит для прояснения сущности [стоящего перед ним слова].
svarūpāvadyotanārtha itiśabdaḥ ।

Так же, как говорится “корова –”.
yathā gaurityāheti ।

[Это] общеизвестное значение слова “сейчас” вспоминается, когда [оно употреблено] в начале [текста], что имеет целью сосредоточить разум ученика.
prasiddho'pyathaśabdārtho'dhikriyamāṇaviṣaye śiṣyabuddhisamādhānārthaṃ kīrtyate ।

Ибо этот обычай известен [еще] из Вед: “Я объясню тебе [это]. Ты же внимай тому, что я скажу” [BṛĀU 2.4.4].
siddho hyayaṃ nyāyaḥ śrutau “vyākhyāsyāmite vyācakṣāṇasya tu me nididhyāsasva” iti ॥

Комментарий Ади Шанкары

Чем же [является] йога, наставление в которой оглашено? – Йога есть сосредоточение.
kaḥ punaryogo yasyānuśāsanaṃ prastutamityāha yogaḥ samādhiriti ॥

Отбросив [значение] √yuj ‘соединять’ из-за понятия “сосредоточение”, оно [должно] пониматься как √yuj ‘сосредотачивать’.
samādhigrahaṇāt‌ “yujiryoge” iti nivartya, “yuja samādhau” ityayaṃ gṛhītaḥ |

Йога есть сосредотачивание.
yogaḥ samādhānam‌ |

[Оппонент:] Сутра объяснена полностью таким образом: “Йога есть сосредоточение”. Не видна связь с комментарием “Оно есть [свойство сознания] во всех [его] состояниях” и далее.
nanu ca “yogaḥ samādhiḥ” ityevam antena vyākhyate sūtre “sa ca sārvabhaumaḥ” ityādibhāṣyamasaṃbandhaṃ dṛśyate ।

[Шанкара:] Нет, это ошибочное [мнение].
naiṣa doṣaḥ ।

Когда здесь сказано “сосредоточение”, [что имеется в виду]? Ведь необходимо [указать], что сосредотачивается, а сосредотачиваемых множество. Атман ли сосредотачивается? Или тело? Или же органы чувств? — есть разные альтернативы. Поскольку сосредоточение требует определения, то кто [сосредотачивается]? И каково [его] определяющее свойство? На эти [естественно] возникающие вопросы [Вьяса] отвечает: “Оно есть свойство сознания во всех [его] состояниях”.
iha samādhirityukte, samādhīyamānāpekṣatvāt‌, samādhīyamānānāṃ ca bahūtvāt‌, kimātmā samādhīyate? kiṃ vā śarīram‌, āhosvidindriyāṇi, iti bahudhā vipratipatteḥ,
svaviśeṣaṇākāṅkṣatvācca samādheḥ, kasyāyam‌? kiṃviśeṣaṇakaḥ? ityanuṣakte praśne,
idamāha-sa ca sārvamaumaścittasya dharma iti ।

[То есть] свойство сознания, а не Атмана и т.д.
cittasya dharmo nātmādīnām‌ ।

И оно само сосредотачивается, так как оно независимо от иного сосредотачивающегося.
tacca cittaṃ svayameva samādhīyate samādhātrantaranirapekṣatvāt‌ ॥

Какие же есть состояния [сознания]? [Вьяса] говорит: “Рассеянное, омраченное и другие” – таковы состояния.
kāḥ punarbhūmaya ityata āha — kṣiptaṃ mūḍhamityādayo bhūmaya iti ।

Рассеянное – это пребывание в [активности] деятеля действий.
kṣiptamiti karmakartari niṣṭhā।

Как мешок, набитый [зерном, стоит] сам по себе, рассеянное [сознание] стойко, пока не связано со сферой нежелательного.
yathā minnaḥ kusūlaḥ svayameveti । kṣiptam aniṣṭaviṣayāsañjanena stimitam‌ ।

Омраченное – не способное различать.
mūḍhaṃ̱ nirvivekam‌ ।

Разнонаправленное – направленное на множество [вещей], [пребывающее в активности] деятеля действий.
vikṣiptaṃ nānākṣiptam‌ । karmakartaryeva ।

Из-за разнонаправленности [сознание] не способно к различающему [видению].
vivekākṣamaṃ ca vikṣiptatvādeva ।

Однонаправленное [сознание] – поток одинаковой сознательной деятельности.
ekāgraṃ tulyapratyayapravāham‌ ।

Сдержанное – сознание, свободное от сознательной деятельности.
niruddhamiti pratyayaśūnyaṃ cittam‌ ॥

[Оппонент:] Но ведь когда речь идет о свойствах состояний [сознания], с какой целью [само сознание] как носитель свойств определяются как “расеянное” и т.д.?
nanu ca bhūmiṣu dharmeṣu vivakṣiteṣu, kimarthaṃ kṣiptamityādinā dharmyucyate?

[Шанкара:] Нет, это неверный [вопрос], ибо свойство указывается с помощью носителя свойства.
naiṣa doṣaḥ, dharmiṇā dharma evopadiśyate ।

Потому что свойства принадлежат носителям свойств.
dharmāṇāṃ dharmiviṣayatvāt‌ ।

Подобно этому, если спросят: “Каков признак принадлежности к коровам?” – рогатая, горбатая, имеющая хвост с кисточкой. Свойство указывается с помощью носителя свойства.
yathā gotve kiṃ liṅgamiti pṛṣṭe, viṣāṇī kakudmān‌ prāntavāladhiriti dharmiṇā dharma evopadiśyate ।

Поэтому рассеянность и другие состояния сознания суть [его] свойства, — [таков] смысл.
tasmāt‌ kṣepādayaścittasya bhūmayo dharmā ityarthaḥ ॥

[Оппонент:] Но ведь если состояния суть свойства сознания, как и сосредоточение, каким же образом сосредоточение отличается от [перечисленных] состояний, [когда говорится] “[свойство сознания] во всех [его] состояниях”? [Оно является их] субстратом?
nanu ca bhūmīnāṃ cittadharmatve samādheśca, kathaṃ bhūmibhiḥ samādhirādhāratvena
viśeṣyate sārvabhauma iti?

[Шанкара:] Сосредоточение является общим [свойством], а состояния отличаются [друг от друга].
sāmānyabhūtatvāt‌ samādheḥ | bhūmīnāṃ ca viśeṣatvāt‌ |

Как пребывает рассеянное [состояние, так же] пребывает омрачённое, разнонаправленное и однонаправленное. Но [нечто] постоянное проходит сквозь рассеянное и другие состояния, – [это] общее.
yathā kṣiptaṃ tiṣṭhati, mūḍhaṃ tiṣṭhati, vikṣiptamekāgraṃ ceti, kṣiptādibhūmiṣu sthitiranuvartate sāmānyam‌ ।

Постоянное – сосредоточение.
sthitiśca samādhiḥ ।

Поэтому общее во всех состояниях является главенствующим.
tasmāt‌ sāmānyarūpaṃ sarvāsu bhūmiṣu prādhānyena vartata iti ।

Cуффикс “a” [в “sārvabhauma”] имеет значение господства, как и в “Земля вездесуща”. (господствует над всеми её жителями)
'sarvabhūmipṛthivī' ityaiśvaryārthīyo 'ṇpratyayaḥ ।

Как в “anuśatika” и других [словах этой группы (gaṇa) – Aṣṭādhyāyī 7.3.20.] обе основы [подвергаются] вриддхированию (anuśatika > ānuśātika).
anuśatikāditvādubhayapadavṛddhiḥ ॥

[Оппонент:] Некоторые называют “состояниями” внешние и внутренние объекты итоговой дисциплины.
anye punarbāhyādhyātmikān‌ saṃyamaviṣayān‌ bhūmaya ityācakṣate ।

[В комментарии] “[Среди них] сосредоточение в разнонаправленном сознании…” [это слово] употребляется в ином значении.
teṣāṃ ‘vikṣipte cetasi’ iti sāmānādhikaraṇyānupapattiḥ ।

Как же [Вьяса] противоречит собственным утверждениям?
svavacanavirodhaśca katham‌ ।

[Шанкара:] Рассеянное[состояние есть то, в котором] оно рассеивается. Омрачённое [состояние есть то, в котором] оно омрачается. Когда это [происходит], не может быть объекта для итоговой дисциплины.
kṣipyate'sminniti kṣiptam‌, muhyate'sminniti mūḍhaṃ, yad‌ā caivaṃ na tadā saṃyamaviṣayatā ।

Ведь в [итоговой дисциплине] невозможна рассеянность и т.д.
tatra kṣepādyasaṃbhavāt‌ ।

Итоговая дисциплина бывает в однонаправленном состоянии.
ekāgrāvasthāyāṃ hi samyamo bhavati ॥

К тому же, в отличие от него, у рассеянного [состояния] нет способности к сознательному пребыванию [на одном объекте], поскольку нет цели [сохранить] устойчивость и т.п.
kiṃ cānyat‌ kṣipeśca drauvyādyarthābhāvād adhikaraṇe niṣṭhāpratyayābhāvaḥ।

И в сдержанном сознании не может быть объекта для итоговой дисциплины, так как в нем невозможна итоговая дисциплина в силу отсутствия активности.
kiṃ ca niruddhe cetasi saṃyamasyāpi tatrābhāvāt‌ vṛttiśūnyatvāt‌ saṃyamaviṣayābhāvaḥ ।

Ведь в сдержанном [состоянии] сознание не сдерживается на определенном объекте.
na hi nirodhe viṣayaviśeṣe cittaṃ nirudhyate |

Ибо оно избавляется от субъекта.
tadā hi viṣayitvānnivartate |

И [здесь] не происходит перечисления [объектов итоговой дисциплины]. Ведь пять [состояний], начиная с рассеянного, не суть её объекты, поскольку таковых бесчисленное множество.
parigaṇanānupapattiśca । na hi kṣiptādayaḥ pañcaiva saṃyamasya viṣayāḥ । teṣām ānantyāt‌ ॥

[Оппонент:] Некоторые полагают йогу иначе. Они говорят: “От соприкосновения органов чувств и ума с объектами [возникает] счастье и несчастье. Когда этого не происходит и ум пребывает в Атмане, нет счастья и несчастья у воплощенного. Йога – это связь, зависящая от контроля жизненного дыхания и ума”.
nanu cānyathā yogaṃ kecidicchanti । tathā cāhuḥ «indriyamano'rthasannikarṣāt‌ sukhaduḥkhe, tadanārambha ātmasthe manasi, saśarīrasya sukhaduḥābhāvaḥ prāṇamanovinigrahāpekṣaḥ saṃyogo yoga iti» ।

Эту точку зрения [мы сейчас] обсудим.
taditi prakṛtāpekṣam‌ ।

Причина счастья и страдания – соприкосновение органов чувств, ума и Атмана с объектами; если не возникает [соприкосновения], то не появляются [счастье и страдания].
yo'sau sukhaduḥkhayorātmendriyamano'rthasannikarṣo hetuḥ, tasyānārambhaḥ tadanutpattiḥ ।

Каким образом это происходит? Когда ум пребывает в Атмане, а не в органах чувств.
sa kathaṃ bhavati? ātmasthe manasi, nendriyasthe ।

У воплощенного, [то есть] у того, чье тело [еще] цело.
saśarīrasya aviśīrṇaśarīrasya ।

Тогда, в силу отсутствия причины, отсутствует и следствие. Таким образом, если не возникает соприкосновения [между Атманом, чувствами, умом и объектом], то отсутствуют также счастье и страдание. В этом состоянии происходит соединение ума с всепроникающим Атманом — это особое соединение, зависящее от обуздания жизненного дыхания и ума. [Оно называется] йогой.
tadā kāraṇābhāvāt‌ kāryābhāva iti, sannikarṣābhave ṣukhaduḥkhayorapyabhāvaḥ,
tasyāmavasthāyāṃ yo'sau vibhorātmano manaso saṃyogaḥ sa prāṇamanovinigrahāpekṣaḥ
saṃyogaviśeṣo yoga iti ॥

[Шанкара:] Здесь говорится: «Когда ум пребывает в Атмане» — это неверно, ибо ум всегда пребывает в Атмане.
atrocyate – ātmasthe manasītyayuktam‌, sarvadā ātmasthatvānmanasaḥ ।

Если пребывание в Атмане зависит от прекращения соприкосновения с чувствами и т.д., то достаточно [сказать]: “Когда [соприкосновения органов чувств и ума с объектами] не происходит,” – и нет смысла [добавлять]: «Когда ум пребывает в Атмане».
indriyādisannikaparṣānārambhāpekṣayā ātmasthe iti cet‌, tadanārambha ityeva
siddhatvādātmasthe manasītyanarthakaṃ syāt‌ ॥

Более того, [в этом случае] даже у освобожденного идет практика йоги, поскольку отсутствует соприкосновение органов чувств и ум пребывает в Атмане.
kiṃ cānyat‌ – muktasyāpi manasa ātmasthatvādindriyasannikarṣābhāvācca
yogaḥ prāpnoti ।

Ведь ум вечен и способен проникнуть всюду, поэтому он всегда пребывает в Атмане.
tasyāpi hi sarvagatatvāt‌ manasaśca nityatvāt‌ sarvadātmasthatvameva ॥

Более того, неверно [говорить] “пребывает в Атмане”, так как у Атмана нет места.
kiṃ ca – ātmanaḥ pradeśābhāvādātmastha ityayuktam‌ ।

И даже соединение с метафорическим местом Атмана не может быть причиной соединения (йоги) с Высшим.
na cāpyupacaritātmapradeśasaṃyogaḥ paramārthasya yogasya hetuḥ syāt‌ ।

Ведь метафорическое ложно.
upacaritasya mithyātvāt‌ ॥

Более того, излишне [говорить] о схватывании органами чувств, так как признано, что ум может не соприкасаться с объектами.
kiṃ cānyat‌ mano'rthasannikarṣābhāva ityeva siddheḥ indriyagrahaṇam anarthakaṃ
syāt‌ ।

[Оппонент:] Ограничение неверно, если говорится об отсутствии [соприкосновения] без упоминания [органов чувств], так как соприкосновение ума с объектами невозможно без органов чувств.
athendriyairvinā mano'rthasannikarṣābhāvāt tadanārambha iti prāptyabhāve
pratiṣedho na yukta iti cet‌ ।

[Шанкара:] Это неверно. Без органов чувств ум не соприкасается с объектами. Поэтому, ограничивая соприкосновение, следует подразумевать достижимость объектов с помощью органов чувств.
naitadevam‌, vinendriyairmano'rthasannikarṣā
nāstītyarthāt sannikarṣapratiṣedhaṃ kurvatā viṣayaprāptirindriyadvārā pratipāditā syāt‌ ॥

Более того, известно, все живые существа переживают опыт счастья и страдания из-за соприкосновения органов чувств, ума и объектов. И поскольку связь с Атманом вечна, достаточно [назвать] йогой отсутствием счастья и страдания. Остаток определения излишний.
kiṃ cānyat‌ sarvaprāṇabhājāmindriyamano'rthasannikarṣāt‌ sukhaduḥkhapratilambhasya prasiddhatvād ātmanaḥ sambandhasya ca nityatvāt‌ sukhaduḥkhābhāvo yoga ityeva
siddheḥ, tatra sūtraśeṣo'narthakaḥ syāt‌ ॥

[Оппонент:] Если [йога определяется как] отсутствие счастья и страдания без понятия о соприкосновении органов чувств, ума и объектов, то даже освобожденному присуща йога из-за отсутствия [у него] счастья и страдания. Для опровержения этого и дается последующее утверждение в сутре.
athāpi syādindriyamano'rthasannikarṣagrahaṇād ṛte sukhaduḥkhābhāva ityetāvati sati muktasyāpi sukhaduḥkhābhāvādyogitvaprasaṅga iti tannivṛttyartha sūtraśeṣagrahaṇamiti |

[Шанкара:] Это неверно. Поскольку освобожденный [никогда] не обретал счастья или страдания, а обосновано [лишь] отрицание того, что было прежде приобретено, йога – отсутствие счастья и страдания у того, кто [когда-либо] обретал счастье или страдание. Поэтому остаток определения не следует учитывать.
tacca na, muktasya ṣukhaduḥkhaprāptyabhavāt‌, prāptipūrvapratiṣedhasya nyāyyatvāt‌, yasya sukhaduḥkhaprāptiḥ, tadviṣayaḥ sukhaduḥkhābhāva eva yoga iti sūtraśeṣapratyākhyānaṃ yujyate॥

Более того, если же оставить [в определении] понятие воплощенного, то нет необходимости исключать [случай] освобожденного [из определения], поскольку [это] бесполезно.
kiṃ cānyat‌ upatte'pi saśarīragrahaṇe muktādvinivṛttirna śakyate kartum‌, niṣprayojanatvāt‌ ।

Если йога – отсутствие счастья и страдания, то даже наличное тело [освобожденного] бесполезно [учитывать в определении] из-за того, что оно не является средством [достижения той или иной] цели.
sukhaduḥkhābhāvaścedyogaḥ, vidyamānamapi śarīraṃ kāryākaraṇādanarthakaṃ syāt‌ ।

Без обращения к целям не будет разницы между освобожденным и неосвобожденным.
kāryānapekṣāyāṃ hi muktāmuktayoraviśeṣa eva ॥



Более того, [мнение о том, что йога] зависит от контроля жизненного дыхания и ума, также несостоятельно.
kiṃ cānyat‌ prāṇamanovinigrahāpekṣa ityapi na ghaṭate ।

Поскольку усилия по удержанию связаны с Атманом, [оно возможно] даже при отсутствии деятельности ума, но не получится контролировать жизненное дыхание и ум без соединения с органами чувств.
vidhārakasya prayatnasyātmasamavetatvād avidyamāne'pi manasaḥ kriyāvattve indriyeṇāsaṃyujya prāṇamanonigrahau na kartuṃ paryāpyate ।

А при соединении ума с органами чувств неверно [говорить]: “Когда [соприкосновения органов чувств и ума с объектами] не происходит”.
indriyasaṃyoge ca manasaḥ, tadanārambha ityayuktam‌ ।

И из-за занятости ума контролем дыхания, [соприкосновение] необходимо.
manasaśca prāṇanigrahe vyāpṛtatvādanārambhānupapattiḥ ॥

При отсутствии соприкосновения жизненных ветров с органами чувств, жизненное дыхание не [находится] под контролем.
na cāsati indriyavāyusannikarṣe prāṇanigrahaḥ ।

Нет йоги при отсутствии контроля жизненного дыхания, поскольку контроль жизненного дыхания обусловлен связью [органов чувств] с деятельностью ума посредством усилия по удержанию, которое пребывает в Атмане.
na cānigṛhīte praṇe yogaḥ, ātmasthavidhārakaprayatnadvārā manogatakriyāsaṃbandhahetutvāt‌ praṇanigrahasya |

[Оппонент:] Однако [вечное] сосредоточение следует считать йогой.
athāpi syādyogaḥ samādhiriti।

[Шанкара:] Это не так, потому что в вечном сосредоточении Атман [пребывает] в недеянии.
tacca na, niṣkriyātvādātmano nityasamādhānameva ।

Было сказано, что сосредоточение – нечто постоянное [во всех состояниях сознания].
sthitiśca samādhirityucyate ।

Поэтому [Вьяса] правильно говорит: “[Сосредоточение] есть свойство сознания во всех [его] состояниях”.
tasmādyuktamabhidhīyate sa ca sārvabaumaścittasya dharmaḥ iti ॥

[Оппонент:] Если это так и “йога есть сосредоточение, и оно есть свойство сознания во всех [его] состояниях”, то она достигается без усилий любым человеком из-за того, что [сосредоточение] присуще рассеянному и другим [состояниям сознания].
yadyevaṃ samādhiścedyogaḥ, sa ca sarvabhaumaścittadharmaḥ, sa ca sarvajanānāmayatnasiddhaḥ, kṣiptādyanugatatvāt‌ ।

В этом случае и средства [йоги] (и ее характеристика) бесполезны, поскольку [контроль] вдоха, выдоха и т.д. достигнуты без усилия, и наставление в йоге также бесполезно, поскольку получено [с рождения].
tathā ca sati, yathaiva śvāsapraśvāsādīnāṃ prayatnādṛte siddhatvāt tatkaraṇam (tallakṣaṇam) anarthakam‌, evaṃ yogānuśāsanamapyanarthakaṃ prāptamiti ।

[Шанкара:] Поэтому [Вьяса] и говорит: “Среди них сосредоточение в разнонаправленном сознании, подчинённое разнонаправленности, не считается элементом йоги”.
ata āha tatra vikṣipte (anavikṣipte) cetasi vikṣepopasarjanībhūtaḥ samādhirna yogapakṣe vartata iti ॥

Поскольку не считается элементом йоги то, чему сопутствует рассеянность, [омраченность и разнонаправленность].
kṣiptādyanugatasya yogapakṣe'nabhipretatvāt‌ ।

Ведь сосредоточение, которому сопутствует рассеянность и т.д., не способно увидеть истинно сущее и т.п., поскольку [в нем] главенствует рассеянность и т.д.
na hi kṣepādyanugataḥ samādhirbhūtārthāvadyotanādikṣamaḥ, kṣepādipradhānatvāt‌ ।

Посредством исключения [из йоги] разнонаправленности исключаются и рассеянность, и омраченность по принципу: при победе над главным противником [побежденными оказываются и более слабые].
vikṣepaniṣedhenaiva hi pradhānamallanibarhaṇanyāyena kṣipatamūḍhayorapi niṣedhaḥ kṛtaḥ ।

И главенство сосредоточения при разнонаправленности [обусловлено] соответствием предмету.
pradhānatā ca vikṣepasamādheradhikārayogyatvāt‌ ।

Ведь разнонаправленное сознание может быть приведено к искомому объекту [сосредоточения] из-за [его] непостоянства.
vikṣepasthaṃ hi cittamapakṣapātādiṣṭaṃ viṣayamupanetuṃ śakyate ।

Рассеянное же [сознание] не может быть приведено [к объекту сосредоточения] из-за неспособности зафиксироваться [на нем] и т.п., а омраченное – из-за отсутствия [у него] желаемых объектов.
na hi viṣayāsañjanādinā kṣiptam iṣṭaviṣayaviyogādinā vā mūḍhamanyathopanetuṃ pāryate ॥

[Комментарий к] “[не считается] элементом йоги”.
yogapakṣa iti ॥

Элементом [йоги] называется [то, что является] средством достижения цели, хотя [во всех состояниях сознания] присутствует сосредоточенность.
samādhitve satyapi kāryakaraṇāt‌ pakṣa ityucyate ।

Подобно этому, хотя идущий в каждый момент времени статичен, [ходьба] не называется статичностью из-за [того, что статичность не является] средством достижения цели.
yathā gacchataḥ pratipadaṃ vidyamānāpi sthitiḥ sthitikāryākaraṇānna sthitirityucyate ।

[Вьяса говорит о] подчинении разнонаправленности c целью [показать то, как] сосредоточение проявляется в разнонаправленном [сознании].
vikṣepopasarjanībhūtatvaṃ vikṣepasthaikasamadhivyaktyabhiprāyeṇa ।

Но в целом [сосредоточение называется свойством сознания] во всех [его] состояниях, одинаково осуществляясь в них.
sārvabhauma iti tu prādhānyaṃ, sāmānyena sarvabhūmiṣu vṛtteḥ ॥

Комментарий Ади Шанкары

[Оппонент:] Если подчиненность [сосредоточения чему-то] является причиной исключения из [числа] элементов [йоги как] сосредоточения, то даже однонаправленное исключается из элементов йоги, [потому что] в нем есть подчиненность однонаправленности.
yadyupasarjanībhāvaḥ samādhipakṣāvṛttau kāraṇam‌ ihāpyekāgre ekāgratopasarjanatvaṃ syāt‌ tataśca yogapakṣāvṛttiriti ced ।

Поэтому [Вьяса] говорит: “[То сосредоточение] в однонаправленном уме…”.
ata āha – yastvekāgra iti ।

[Шанкара:] В однонаправленности [сосредоточение] не подчинено состоянию [сознания].
naikāgratāyāṃ bhūmyupasarjanatvam‌ ।

[Оппонент:] Почему же?
kutaḥ? ।

[Шанкара:] Поскольку плоды деяний и зависимость [от Пракрити] лишаются силы.
kutaḥ? kleśakarmāprabalatvāt‌ ।

Когда плоды деяний и зависимость [от Пракрити] лишаются силы, не возникают разнонаправленность и т.д.
kleśakarmāprabalatve na hi vikṣepādīnāmudayaḥ ॥

Сосредоточение в состоянии однонаправленности высвечивает, то есть позволяет постичь, истинно сущее, как оно есть.
ekāgratābhūmo samādhiryaḥ sa bhūtam arthaṃ yathātmānaṃ pradyotayati avagamayati।

Знание вещей, [доступное] не йогу, имеет хотя бы толику неверного, – [так следует] понимать слово “истинно”.
ayogyarthajñānam ayathābhūtatvagandhitameveti bhūtagrahaṇam‌ ।

[Это сосредоточение] устраняет пятичастную зависимость [от Пракрити], начиная с неведения, то есть является причиной [ее] устранения.
kṣiṇoti kṣapayati pañcaparvaṇo'vidyādīn‌ kleśān‌ ।

Оковы плодов деяний, то есть плоды деяний, которые являются оковами.
Эти оковы, начиная с рождения, возникают от деяний праведных, неправедных и смешанных. [Это сосредоточение их] ослабляет, расшатывает. Оно приближает к сдерживанию [ума].
karmabandhanāni, karmāṇyeva bandhanāni, dharmādharmavimiśrakarmajātāni janmādinibandhanāni, ślathayati, śithilīkaroti, nirodham āmukhīkaroti, abhimukhīkaroti ।

Учителями оно называется [сосредоточением], проникнутым сознанием.
sa samprajñāta ityākhyāyate ācaryaiḥ ॥

И ему сопутствуют рассудочность, размышление и далее по комментарию.
sa ca vitarkānugato vicārānugata ityādibhāṣyam‌ ।

Здесь правильнее охарактеризовать [сосредоточение], не проникнутое сознанием, поскольку оно более важно, чем понимание изложенной характеристики проникнутого сознанием, из-за того, что оно предшествует [первому]. Поэтому [Вьяса] говорит, что после мы разъясним [сосредоточение,] проникнутое сознанием.
samprajñātasya prāthamyāllakṣaṇābhidhāne prāptе abhyarhitatvādasamprajñātasyaiva lakṣaṇaṃ yuktamiha vaktumiti samprajñātamupariṣṭāt‌ pravedayiṣyāma itycyate ॥

И следовательно здесь следует охарактеризовать [сосредоточение], не проникнутое сознанием. Не зависящее даже от [сосредоточения], проникнутого сознанием, оно достигается с помощью двух практик: высшего бесстрастия и сознательной деятельности по остановке [сознания].
itaścāsamaprajñātasya lakṣaṇamihaiva vaktavyaṃ, samprajñātanirapekṣo'pyasamprajñātaḥ paravairāgyavirāmapratyayābhyāsābhyāṃ sidhyatītyetatpradarśanārtham‌ ।

Здесь при характеристике [сосредоточения], проникнутого сознанием, и после нее – характеристике [сосредоточения], не проникнутого сознанием, [кто-то] мог бы подумать, что способность к сосредоточению, не проникнутому сознанием, [обретается] только с помощью проникнутого сознанием. Поэтому [Вьяса] говорит “После мы разъясним [это]”.
iha samprajñātalakṣaṇābhidhane taduttarakāle cāsamprajñātalakṣaṇābhidhāne samprajñātāpekṣayaiva asamprajñātasamādhāvadhikāra ityāśaṅkā syāt‌, tasmādupariṣāt‌ pravedayiṣyāṃ ityāha ॥1॥

Комментарий Ади Шанкары

“А при сдерживании всех активностей [возникает] сосредоточение, не проникнутое сознанием” [VB 1.1.8].
sarvavṛttinirodhe tvasaṃprajñāta iti ।

Слово «а» является усилительной [частицей].
tuśabdo'vadhāraṇārthaḥ ।

Следующая сутра была изложена только с целью его охарактеризовать, такого рода сосредоточения, не проникнутого сознанием. [Поэтому далее] следует сказать: “Йога – сдерживание активностей сознания”.
tasya evaṃvidhasya samadherasaṃprajñātasyaiva kevalasya lakṣaṇābhidhitsayedaṃ sūtraṃ pravavṛte pravṛttaṃ “yogaścittavṛttinirodhaḥ” iti vaktavyam‌ ॥